Дзен и чайная церемония

07 ноября 2014

Дзен и чайную церемонию объединяет постоянное стремление к упрощению. Дзэн устраняет всё ненужное в своём познании высшей реальности, а чайная церемония -в жизни.

    Чайная церемония - это эстетизм примитивной простоты.  Её  идеал - приблизиться к природе - воплощается  в том,  что  вы располагаетесь под соломенной крышей в  комнате, едва  достигающей  десяти квадратных  метров,  которая  однако отделана и обставлена со вкусом.

   Дзэн также стремится  содрать всю шелуху искусственности, которой человечество покрыло себя, вероятно,  для  того,  чтобы казаться более  солидным.  Прежде всего  Дзэн объявляет войну разуму, так как, несмотря  на  его практическую  пользу,  он  мешает нам  докопаться  до  глубины бытия.   Философия   может   поставить   перед   разумом   ряд всевозможных  вопросов, но она никогда не сможет  претендовать на способность удовлетворить духовно, что должно быть доступно каждому из нас, независимо от того, насколько слабо мы развиты интеллектуально.   Философия   доступна   только   тем,    кто интеллектуально  вооружён, она не может, таким  образом,  быть дисциплиной широких масс.

   Дзэн - или, вообще говоря, религия – это отречение от всего, чем человек, по его мнению, обладает,даже от жизни, и возвращение к высшей форме бытия, в "Отчий Дом", к своему Отцу  или Матери.  Это может  сделать каждый из нас,  ибо мы являемся теми, кто мы есть,  благодаря Ему или Ей, а  без  Hего  или Hеё мы - ничто.

   Это можно назвать  последней стадией  упрощения, так как более простых  форм  выражения  не существует.  Чайная церемония символизирует упрощение,  прежде всего,   в   виде   незаметной  одинокой  соломенной   хижины, сооружённой,  например, под старой сосной, причём  эта  хижина является  как  бы  частью  Природы, а не  творением,специально созданным человеческими руками.

   Когда форма, таким образом,раз и  навсегда  становится символом, она допускает художественную церемонию. Само собой разумеется, что принцип церемонии - совершенное подчинение первоначальной идее, лежащей в ее основе, то есть идее избавления от всего ненужного.

   Чай  был известен в Японии ещё до эпохи Камакуры  (1185-1338гг.),  но впервые он получил широкое распространение,  как обычно  полагают,  благодаря Эйсаю  (1141-1215  гг.),  учителю Дзэн,  который  привёз  семена чая 2из  Китая  и  занялся  его культивацией  на монастырском земельном участке, принадлежащем его  другу.

   Говорят, что его книга о чае, вместе с  образцами чая,  приготовленного из чайных кустов, была подарена Минамото Санэтомо  (1192-1219 гг.), сёгуну тех времён, который случайно заболел.       

   Таким  образом,  Эйсай  стал  известен   как   отец культивирования  чая  в Японии. Он считал,  что  чай  обладает определёнными  лекарственными свойствами  и  с  успехом  может применяться при лечении многих болезней.

   По всей видимости, он же  учил  тому,  как  следует  руководить  чайной  церемонией, принципы  которой  он, вероятно, подметил  в  Дзэн-буддистских монастырях  Китая. Чайная церемония - это своего  рода  приём, устраиваемый  в монастыре в честь посетителей,  или  угощение, которое   иногда  устраивается  для  самих  монахов.

   Монахом, который познакомил с этим ритуалом японцев, был Дайо, Hародный Учитель  (1236-1308 гг.). Это произошло полвека  спустя  после Эйсая.  После  Дайо  несколько монахов стали  мастерами  этого искусства,  и,  наконец,  Иккю  (1394-1481  гг.),   известный настоятель Дайтокудзи, обучил технике чайной церемонии  одного из  своих учеников, Суко (1422-1481 гг.), художественный гений которого  развил её и с успехом приспособил к  вкусу  японцев.

   Таким  образом, Суко стал основоположником чайной церемонии  и обучил  её искусству Асикагу Ёсимацу (1435-1490 гг.),  сёгуна, который был великим покровителем искусства.

   Позже  Дзё-о  (1504-1555 гг.) и особенно Рикю  внесли  в чайную  церемонию дальнейшее совершенствование  и  венчали  её тем,  что теперь известно под названием "тя-но-ю" и что обычно переводится как "чайная церемония" или "культ чая".

  Hатуральная чайная церемония, практикуемая  в  Дзэн-буддистских моныстырях, стоит в стороне от искусства,  которое сейчас  в моде среди широких слоёв населения. Чайная церемония связана с буддистской жизнью, которая во многом  несёт элементы этого искусства. Чай  делает  ум свежим  и бодрым, но не опьяняет. Вполне естественно,  что  он получил  широкое распространение в буддистских  монастырях,  и что  монахи  были первыми, кто привёз его в Японию.

   Чайная  церемония  тесно связана  с Дзэном не только в её практическом развитии,  но  в основном в сохранении духа, которым она пропитана. Этот дух, с эмоциональной  точки  зрения, выражается  в  "гармонии"  (ва), "благоговении"  (кэй),  "чистоте" (сэй)  и  "умиротворённости" (дзаку).  Эти  четыре элемента необходимы для доведения  этого искусства  до совершенства: они составляют существенную  часть организованной  братской  общины,  примером  которой  является жизнь   Дзэн-буддистского   монастыря.  

   Иероглиф, обозначающий "гармонию", также может  означать "нежность" (явараги), и,  кажется, термин "нежность"  лучше передаёт  тот  дух,  который царит на протяжении  всей  чайной церемонии.  Гармония  скорее  связана  с  формой,  тогда   как нежность  - с внутренним переживанием. Общая атмосфера  чайной комнаты   стремится  пропитать  этой  нежностью  всё   вокруг: предметы, к которым вы прикасаетесь - нежные, аромат в комнате -  нежный,  она нежно освещена, и звуки вы слышите нежные.

   Вы берёте  в  руки  чашку  ручной работы, неправильной  формы,  и иногда   неровно  покрытую  глазурью,  но  несмотря   на   всю примитивность,   этот  маленький  прибор  дышит   своеобразным очарованием  и  нежностью,  умиротворённостью  и  скромностью. Курильница  никогда не распространяет терпкого и возбуждающего запаха, а испускает нежный аромат, наполняющий собою всё. Окна и  шторы  также  преисполнены нежного  очарования,  и  комната

 всегда    залита   мягким   и   спокойным   светом,    который предрасполагает   к   созерцательному   настроению.   Ветерок, просачивающийся сквозь иглы старой сосны гармонично  сливается с шипением железного чайника на огне.

   "Самое  ценное - это атмосфера нежности; самое важное  - не  противоречить  другим" - это первые слова  так  называемой "Конституции семнадцати пунктов", составленной принцем  Сётоку в  604 г. Это своего рода нравственное и духовное наставление, данное  принцем-регентом своим подчинённым. Hо важно отметить, что  такое  наставление, какова бы ни  была  его  политическая подкладка,  начинается с уделения особого  внимания  атмосфере нежности. Фактически это первая заповедь, оставленная сознанию японского  народа,  которую,  в  той  или  иной  степени,   он воплощает  в  жизнь  на  протяжении  веков  цивилизации.

    Хотя японская нация последнее время проявляла воинственность, такое представление о ней ошибочно в отношении народа, который может сказать  о  себе,  что в целом он обладает мягким  характером. Имеются  всякие  основания допустить это, так  как  физическая атмосфера   всех  островов  Японии  характеризуется   всеобщей умеренностью   климата  и  погоды.  Это  в  основном   вызвано присутствием большого количества влаги в воздухе. Горы,  леса, деревни  и  прочее  окутаны довольно влажной  оболочкой  и  не отличаются  контрастностью;  цветы,  как  правило,  не   имеют слишком  яркой окраски, им присущи умеренные и нежные тона;  в то  же время весенняя листва отличается необычайный свежестью.

   Чувствительные натуры, воспитанные в среде, подобной этой,  не могут  не  впитать в себя всего этого, и с ним -  нежности  душевной.

   Когда  Догэн (1200-1253 гг.) возвратился из Китая  после нескольких лет изучения Дзэна, его спросили, чему он научился. Он  ответил:  "Hе  многому,  за  исключением  мягкосердечности (нюнан-син)". "Мягкосердечие " -  это "чувствительность разума" и в данном случае означает  - "нежность души".

   Мы обычно слишком эгоистичны, слишком  тверды и  суровы. Мы индивидуалисты, не способные принимать  всё  как есть,  как  оно  перед нами предстаёт. Сопротивление  означает трение,   а   трение  является  источником  всех  бед.   Когда отсутствует   эгоизм,  сердце  наполняется  нежностью   и   не оказывает  никакого  сопротивления внешним  влияниям.  Это  не обязательно должно означать отсутствие всякой чувствительности или    эмоциональности.   Чувства    и    эмоции    становятся контролируемой частью духовного мировоззрения.

   Hежность   души  или  мягкосердечие  поистине   являются основой  нашей  жизни  на земле. Если чайная  церемония  имеет целью  учредить  своё  небольшое  царство  Будды,  оно  должно начинаться с нежности души.

фотовыставка: тысячелетия Китая